суббота, 19 января 2013 г.

«УБЕРИТЕ ЛЕНИНА С ДЕНЕГ» (АНДРЕЙ ВОЗНЕСЕНСКИЙ)

Владимир Абрамов

ВЛАДИМИР АБРАМОВ
ГЛАВЫ ИЗ КНИГИ
"ЗАРЯ-72" В БРАЗИЛИИ. ЗАРИСОВКИ С НАТУРЫ
(Продолжение...)
– Ну и приснится же такое, — думал, выходя рано утром из гостиницы и садясь в автобус. До международного аэропорта Шереметьево я все время вспоминал Вячеслава Колоскова, заталкивающего нас в самолет на Финляндию, и жутко смеялся. Про себя, конечно.

– Рассказать кому-нибудь, что ли? Хотелось поделиться, вместе посмеяться.
Но, когда войдя в здание аэровокзала Шереметьево, я увидел Зонина, уверенно на­правляющегося к стойке реги­страции билетов, над которой, на световом табло, белыми бук­вами на черном фоне горело слово «Хельсинки», я непроиз­вольно схватился за голову. На месте ли? Не сорвало ли?
Уже зарегистрировалось по­ловины команды, а я все мед­лил. Ждал, может появится Ко­лосков? Но никого не было. Уже сидя в кресле самолета, поднявшегося в воздух, я спро­сил своего соседа Володю Онищенко: «Вова, куда летим?»
 – В Хельсинки, — ответил он.
– А как же Бразилия? — про­цедил я сквозь зубы.
Владимир Онищенко
– В Хельсинки пересадка на бразильский самолет. Из Моск­вы в Бразилию не летают, Вова! Мы ведь живем за «железным занавесом». «Аэрофлот» по меж­дународным соглашениям лета­ет только в Париж, Рим, Вену, Хельсинки и страны социалисти­ческого лагеря. Учись, студент, — назидательно сказал Онищенко.
Действительно, после ожида­ния в аэропорту Хельсинки са­димся в Боинг-747, бразильской авиакомпании «Вариг» и впере­ди маршрут: Хельсинки – Копенгаген – Франкфурт–на–Майне – Лиссабон – Сан-Паулу.
Как звучит? Даже сейчас, по истечении почти сорока лет. Говоря по-простому, «уши вя­нут» от сладости.
А тогда, каково было?
В Боинге-747 прохладно, уют­но, просторно, двигателей по­чти не слышно и публика вся — иностранная.
В Копенгагене отличная по­года, 30 минут отдыха в аэро­вокзале и дальше во Франк­фурт.
Сегодняшней молодежи, наверное, трудно поверить, что в 70-е годы в СССР платных туа­летов не было. Аэропорт во Франкфурте–на–Майне, в то время, был крупнейшим в Ев­ропе и самым современным.
 тот самый аэропорт
Нам шестерым из состава «приспичило», и мы преспокой­но отправились на рекламную вывеску в «туалет». Сделав свое дело и начав идти к выходу, я увидел, что иду последним. Помещение туалета было ог­ромным, по нашим меркам, как и здание аэровокзала. Двига­ясь к выходу, я увидел сидящую перед выходом иностранку, по нашему бабку, а в ногах ее ле­жала какая-то жестяная посуди­на, в которой валялись монеты разного достоинства и цвета.
Быстро сориентировавшись, находчивые луганские парни – футболисты стали показывать бабушке характерный и понят­ный наверное во всех странах мира, жест, приподнятой чуть выше плеча рукой с отогнутым назад большим пальцем, в сто­рону идущего, за ним.
Оценив возникшую передо мной ситуацию, осмыслив ее, я было кинулся бежать вперед и кого-то обогнать, но тут же по­нял, что это не возможно, я не успею, расстояние было очень уж велико.
По мере моего приближения к выходу я видел также прибли­жающееся и свирепеющее лицо бабки–иностранки. Не­рвно и машинально мои руки шарили в карманах.
И тут пальцы правой руки нащупали что то бумажное. Стремительно вытащив руку из кармана и разжав ладонь я увидел на ней наши родные «деревян­ные» рубли. То были купюры достоинством в 1-3-5 руб. «Ура! Спасен!» — пронеслось в голо­ве. Я с гордостью и достоин­ством бросил к ногам свирепой бабки нашу пятерку. Увидев этот щедрый жест, бабка расплылась в широкой, старческой улыбке, и склонила голову в знак благодарности. В ее посудине, до этого момента, не было бумажных денег, а тут купюра, да еще с цифрой пять.
Цифра пять ведь на всех языках означает цифру «пять».
Пройдя шагов десять, я не удержался и оглянулся. С каким-то жадно-затаенным, восторжен­ным взглядом, пытаясь понять непонятное ей, бабушка таращила свои глаза на деньги и никак не могла понять, валюту какой страны она держала в руках.
Своим старческим умом она понимала, что до этого момента у нее была мелочь, а сейчас у нее были бумажные деньги! А чьей страны?! Какого достоинства?!
Это было выше ее понимания. Ничего не соображая, она жадно вертела купюру в своих руках и при каждом повороте, как каза­лось ошалелой бабке, ей все вре­мя подмигивал незнакомый муж­чина, лысый, с широким, высоким лбом и с бородкой. Тем подми­гивающим бабке незнакомцем был вождь мирового пролетари­ата — Владимир Ильич Ульянов–Ленин, который красовался на всех советских купюрах.
Владимир АБРАМОВ


Похожие материалы:

Комментариев нет:

Отправить комментарий